«Кто у руля?»
Появление Фрэнка Тьери стало глотком свежего воздуха для солдат семьи Дженовезе. Тьери считался командным игроком, и что более важно, умел не только делать деньги из воздуха, но и щедро делился своими доходами. Он проживал в весьма скромном доме в Бруклине вместе с женой и двумя внучками. В пяти минутах ходьбы от дома он также содержал любовницу, бывшую оперную певичку из Италии, с которой поддерживал длительные отношения. За всю жизнь Тьерри лишь однажды попал в тюрьму за вооруженное ограбление, в возрасте 20 лет. С тех пор он девять раз выходил из зала суда победителем. Он управлял семьей так же, как и жил – с чувством, с толком, с расстановкой.
Тьери не так часто прибегал к насилию, как его предшественники, но если надо – то надо. В 1980 он оказал услугу своему другу Карло Гамбино, организовав убийство Анджело Бруно, босса Филадельфии. Когда власти штата Нью-Джерси объявили о легализации азартных игр на территории Атлантик-сити, гангстеры со всей страны чуть было не захлебнулись слюнями, представив себе новый Лас-Вегас на Восточном побережье и огромные нелегальные прибыли. Проблема была лишь одна: Атлантик-сити находился в ведении мафии Филадельфии.
Многие годы всем было откровенно начхать на тихо загнивающий морской курорт. Это место считалось таким захолустьем, что Бруно, известный под прозвищем «Вежливый Дон», мог отправить своих парней в Атлантик-сити только в качестве наказания. Но перспектива больших денег заставила «Вежливого Дона» показать зубы. Он ясно дал понять, что не собирается делиться внезапной удачей. Беда в том, что из Нью-Йорка всё видится по-другому.
Убийство босса – предприятие рискованное, и, как правило, все подобные шаги должны быть одобрены Мафиозной Комиссией. Тьери вышел из ситуации элегантно. Прознав, что амбициозный капо из Ньюарка Энтони «Тони Бананас» Капониро давно мечтает подсидеть босса, он не стал нанимать убийц на стороне. 21 марта 1980 года, сев в машину, Анджело Бруно получил пулю в затылок. Несколько недель спустя голое тело его убийцы было обнаружено в багажнике машины. По результатам вскрытия, смерть Энтони наступила от многочисленных побоев, ударов ножом и удушья. Всё тело было покрыто купюрами по двадцать баксов, что на языке мафии означало – человек пострадал от собственной жадности.
Убийство мафиозного босса без санкции Комиссии считалось отчаянным нарушением кодекса, каравшимся смертью. Наказание нашло адресата незамедлительно. Пока семья Филадельфии находилась в замешательстве, подыскивая нового человека на должность лидера клана, нью-йоркские гангстеры приступили к дележу Атлантик-сити.
Тьери своеобразно отличился, став первым в истории мафии человеком, обвиненным по акту RICO. Данный закон развязал руки прокурорам, начавшим преследовать высокопоставленных лиц мафии только за то, что они имели отношение к этой преступной организации. Теперь боссы не могли просто так уйти от правосудия, заявляя, что и понятия не имели о преступлениях, совершаемых их подчиненными.
В январе 1981 правительство заставило гангстеров содрогнуться, когда Фрэнк Тьери, всю свою жизнь умело избегавший наказания, был признан виновным. Тьери въехал в зал суда на инвалидном кресле, и, продемонстрировав судье шрам от недавней операции, сказал, что чувствует себя неважно, явно намереваясь получить снисхождение. Тем не менее, боссу впаяли 10-летний срок. Отсидеть его Тьери не успел, два месяца спустя мирно почив в госпитале, где он находился под подпиской о невыезде.
После ухода Тьери на пост главы семейства взошел Энтони Салерно по кличке «Толстый Тони», ранее занимавший должность консильери. Тони представлял собой карикатуру на старомодного гангстера, в странной шляпе, мешковатых штанах, постоянно с сигарой в зубах и майкой, выглядывавшей из-под расстегнутого воротника рубашки. Тем не менее, Салерно оправдывал свой имидж «крутого парня». Будучи капо, он сумел загнать в тиски весь Гарлем, исправно получая отступные от всех – негров, китайцев, белых, латиносов. В 1986 году журнал Fortune сделал его первым в списке самых успешных криминальных фигур. Салерно владел недвижимостью на Манхэттене, Майями Бич и отстроил себе ранчо в окрестностях Райнбека, штат Нью-Джерси, площадью более 400 кв.м.
Карьера Салерно закончилась вместе со знаменитым процессом Комиссии, по которому четверо из пяти мафиозных боссов Нью-Йорка были признаны виновными. Его приговорили к ста годам заключения, из которых он успел отсидеть лишь пять.
И хотя власти считали Салерно одной из ключевых фигур нью-йоркского подпольного мира, сегодня бытует мнение, что Энтони был всего лишь марионеткой, как и его предшественники. Томми Эболи и Фрэнк Тьери получали приказы от малоизвестного гангстера Филипа Ломбардо, который тайно управлял делами семьи вплоть до самой смерти в 1981. В том же году у Салерно случился сердечный приступ, и его выдвинули на этот пост, хотя на самом деле приказы отдавал человек, являющийся самым странным преступником в истории итало-американской мафии. Этот человек бродил по улицам города в банном халате и тапочках, выглядя заблудившимся и потерянным. Он же запрещал своим подчиненным даже произносить его имя вслух. Пресса окрестила его, по аналогии с «Крестным отцом» (The Godfather), «Странным отцом» (The Oddfather).
«Странный отец»
В восьмидесятых Винсент Чин Джиганте был местной достопримечательностью Салливан стрит района Гринвич Виллидж, где он проживал вместе со своей матерью. Здоровенный мужик средних лет часто разгуливал в одной пижаме и сланцах. Прогуливаясь, он часто разговаривал сам с собой, тихо и невнятно. Его вытянутое лицо без всяких признаков какого-либо выражения демонстрировало двух -, максимум, трехдневную небритость. В его глазах сквозили тоска и безучастность, во многом благодаря ежедневным приемам лекарств, включавших валиум и торазин. Его близкие, в частности родной брат, католический священник Луис Джиганте, неоднократно утверждали, что Винсент болен и его умственные способности находятся в плачевном состоянии.
Власти же, наоборот, подозревали, что с Винсентом всё в порядке, и что на самом деле он является действующим боссом самой влиятельной криминальной семьи Нью-Йорка. На публике Луис Джиганте задавался вопросом: «Как может больной, немощный человек, зачастую не ориентирующийся в пространстве, быть лидером чего-либо или кого-либо?». Но полиция чувствовала в его словах притворство, и что ночью, когда наблюдатели складывали свои полномочия, Винсент Джиганте показывал своё истинное лицо.
Впервые Джиганте притворился умственно отсталым в 1970, чтобы избежать наказания. Его обвинили в подкупе сразу пятерых представителей полиции, у которых Винсент пытался выманить информацию, касающуюся расследования по делу Дженовезе. Его адвокаты наняли психиатров, подтвердивших диагноз – Джиганте, по их мнению, являлся «параноидальным шизофреником, страдающим от галлюцинаций». Уловка сработала, и Джиганте отпустили. По всей видимости, он решил, что игра стоит свеч и продолжал прикидываться дебилом многие годы, для пущей наглядности периодически добровольно посещая докторов в клинике Св. Винсента в Харрисоне, штат Нью-Йорк. За период с 1969 по 1990 годы он побывал там 22 раза. Благодаря своим врачам, ему удавалось избегать тюрьмы на протяжении трех десятилетий.
В молодости, еще до мнимого сумасшествия, Джиганте пробовал свои силы в боксе. Начал он в среднем весе, затем перешел в полутяжелый. Под руководством своего менеджера, будущего босса семьи Дженовезе Томми Эболи, он провел 24 боя, из которых 23 выиграл и один проиграл. Впрочем, по имеющимся сведениям, по большей части менеджер сводил его со слабаками, поэтому, когда Винсент наконец-то столкнулся с достойным противником, Джимми Слэйдом, он слил бой в седьмом раунде.
В 1957 году, когда Джиганте «прославился» своим неудачным покушением на Фрэнка Костелло, он серьезно располнел и весил почти 130 килограмм. Правда, к тому моменту, когда он предстал перед судом за свой единичный выстрел, Джиганте прилично исхудал. Никто, даже Костелло, не смог бы опознать в нем того самого стрелка, и обвинение было снято. В 1959 он пострадал в заговоре, направленном против Вито Дженовезе, и загремел в тюрягу на семь лет по обвинению в сбыте наркотиков.
Спустя некоторое время после освобождения, Джиганте доказал, что является не просто преданным служакой, но и обладает отличными лидерскими способностями. Ходят слухи, что при Фрэнке Тьери он дослужился до должности консильери, а когда в 1987 посадили «Толстяка» Тони Салерно, Джиганте занял пост действующего босса. Однако кое-кто считает, что восхождение Винсента произошло намного раньше, в 1981, после того, как Салерно хватил инфаркт. Томми оставался официальной главой клана лишь номинально, дабы отвлечь внимание от настоящего «кукловода».
Поражающая воображение осторожность Джиганте обеспечила ему одну из самых длительных карьер в качестве мафиозного босса в истории мафии. Члены семьи Дженовезе боялись произнести его имя вслух, опасаясь жучков. Как утверждал Сэмми Гравано, подчиненным запрещалось упоминать имя босса даже мимоходом. Вместо этого использовался указующий жест на подбородок. (Намек на прозвище Джиганте «Подбородок», по-английски chin. Однако дело было не в каком-то особенном подбородке или боксерском прошлом Джиганте. Просто его настоящее имя, данное ему при рождении матерью, было Винченцо).
Когда бывший босс семьи Луккезе «Маленький Эл» Альфонс Д’Арко давал показания, он заявил, что прием в штаб-квартире проходил следующим образом: в кабинет Джиганте подчиненные заходили по одному, и Винсент отдавал приказания шепотом, на ухо. Над его головой висел старый плакат времен Второй мировой войны: «Враг слушает тебя». Д’Арко также сказал, что только Джиганте утвердил в мафиозной иерархии дополнительную позицию – посланника, messagrio. Этот человек доносил пожелания босса до членов семьи и являлся еще одним защитным слоем между Винсентом и делами его семьи. Таинственность помогала Джиганте удерживать свой пост долгие годы, однако, в конце концов, его секрет раскрыли.
«Семья Дженовезе сегодня»
Винсент Джиганте всегда презирал излишне болтливых мафиози, считая, что они порочат свой гангстерский статус. Именно поэтому он питал лютую ненависть к боссу семьи Гамбино Джону Готти, взошедшему на трон благодаря убийству своего предшественника без санкции Комиссии, что, в свою очередь, еще больше раздражало Джиганте в своем конкуренте. Джиганте был настолько взбешен этим поступком, что даже назначил вознаграждение за голову Готти, но тому не суждено было свершиться.
Хоть Винсент и осуждал показуху, сам он тоже частенько «нарушал режим». Скрываясь от посторонних глаз, он находил время, чтобы насладиться плодами своего положения. Имея жену и пятерых детей, он не отказывал себе в удовольствии периодически, ночами, посещать любовницу.
Под предводительством Джиганте семья продолжала осуществлять привычные криминальные действия, за исключением пары новых направлений. Каждый год в сентябре в Маленькой Италии на Манхэттене проходил праздник Сан Дженнаро, с обилием вкусностей и развлечений. Кульминацией фестиваля являлось появление на улицах статуи святого в натуральную величину, увешанной долларовыми купюрами на сумму в несколько десятков тысяч. По словам же журналиста Яна Хоффмана из New York Times, эти деньги впоследствии уходили в карман мафии, как и многочисленные выписанные счета, прикрепленные к статуе доверчивыми гражданами.
Семья продолжала контролировать рыбный рынок Фултона, и запустила свои лапы в строительство конференц-центра имени американского сенатора Джейкоба Явитса в начале восьмидесятых. Журналист Джон Коннолли отметил, что 35 процентов рабочих и строителей, трудившихся над созданием центра, имели судимости или приводы.
В последние годы семья Дженовезе подключилась к более изощренным способам отъема денег у населения. Сюда входят компьютерные мошенничества, аферы на фондовых и валютных биржах, а также махинации с лекарственными препаратами. Партнерами клана всё чаще становятся преступные группировки из России и Латинской Америки.
В 1990 году Джиганте арестовали и предъявили обвинение по сорока статьям Уголовного кодекса. Семь лет ему удавалось уходить от наказания, благодаря своему «помешательству», но, в конце концов, суд признал его достаточно вменяемым для слушаний и в июле 1997 ему вынесли приговор. Джиганте получил 10 лет колонии и был оштрафован на один с четвертью миллион долларов. После объявления приговора окружной прокурор Захарий Картер обмолвился перед прессой: «Учитывая, как долго Винсент Джиганте скрывал свои руководящие позиции в клане, можно только догадываться, насколько сильным было его влияние на дела своей и остальных мафиозных семей Нью-Йорка. Его заключение в тюрьму станет ощутимым ударом для семьи Дженовезе и мафии Америки в целом».
Семейный messagrio Доминик Чирилло был повышен до статуса действующего босса, но в 1998 году его поразил обширный инсульт, и несколько лет имя фактически властвующей главы клана было скрыто за семью печатями. Как и все преступные семьи Америки, Дженовезе сильно ослабли в ходе масштабных чисток первого десятилетия нулевых. Джиганте 19 декабря 2005 года умер в той же тюрьме городка Спрингфилд, где 36-ю годами раньше скончался Вито Дженовезе.
После значительных пертурбаций, связанных с множеством отсидок, арестов и назначений, на сегодняшний день неофициально семьей правит Пол ДиМарко по прозвищу «Полосатый Полли», сменивший на этом посту Дэниела Лео, получившего 5 лет в 2008. Несмотря на давление властей, семья Дженовезе по-прежнему считается самой могущественной и влиятельной группировкой Нью-Йорка и США в целом.
